Тысячелетиями человек отвоевывал у стихии жизненное пространство. Он жил в пещерах и на скалах, на деревьях и в пустыне, высоко в горах и даже на воде. Но и стихия боролась с человеком, отвоевывая собственные пространства обратно...

... развитие фундаментальных комплексных исследований на стыке нескольких наук: археологии, сейсмологии, палеоэкологии и геологии. Объединение усилий археологов, сейсмологов и подводников позволяет преодолеть длительное разобщение гуманитарного и естественно-научного подходов... палеогеоморфология и древней экологии и геоморфологии региона, по динамике и темпам изменению береговой полосы...

Введение

Прибрежная зона Казантипского залива Азовского моря, как, впрочем, и вся акватория Крымского Приазовья, не подвергалась подводным исследованиям. Правда, серьезные работы проводились в советское время в акватории мыса Казантип, когда планировались строительство, открытие и закрытие строительства Крымской АЭС, но они не затрагивали расположенное к востоку побережье Крымского Приазовья, входившее в территорию Багеровского военного полигона. Да и научные и поисковые задачи там ставились иные, совершенно не связанные с подводной археологией, а в основном с изучением геологии, геодинамики и сейсмики района (Геология..., 1992).

Прибрежная зона Казантипского залива Азовского моря. Клиф

Проект по подводному изучению акватории Казантипского залива между современными поселками Ново-Отрадное — Золотое — Курортное, разработанный Казантипской исследовательской подводно-археологической группой международной российско-крымской Артезианской археологической экспедиции МПГУ и КФ ИА НАНУ (прим. 1) при поддержке Конфедерации подводной деятельности России (КПДР), представляется чрезвычайно актуальным и имеет большой научный и практический интерес.

Артезианская экспедиция обладает большим опытом проведения наземных полевых археологических исследований, который в полной мере позволяет выйти на новый уровень проведения комплексных работ, затрагивающих и прибрежную зону, примыкающую к урочищу (Винокуров Н. И., 1998, 1999, с. 39 и сл.). Для лучшего понимания динамики развития этой территории необходимы подводные исследования. На первом этапе предполагаемых многолетних работ в 2007 г. запланировано в течение мая проведение рекогносцировки акватории Казантипского залива в районе пос. Ново-Отрадное и Золотое — Чегене с целью подготовки подводной разведки в течение второй половины июля — первой половины сентября с применением георадарной установки. В ходе подводной разведки планируется получить новые данные по палеогеоморфологии и древней экологии и геоморфологии региона, по динамике и темпам изменению береговой полосы Казантипского побережья на протяжении античной — средневековой эпохи, оценки современных темпов эрозии береговой полосы, активно уничтожаемой морским прибоем за последние десятилетия.

Рисунок 1. Карта урочища Артезиан

Урочище Артезиан — в настоящее время малозаселенная территория Крымского Приазовья, отличается от прочих, активно освоенных в хозяйственном отношении районов Керченского полуострова, заповедными живописными ландшафтами с широкими заросшими ковылем и другими степными травами пространствами, необычно извилистыми балками с родниками и водоемами, богатыми рыбой и дикой птицей. Здесь расположены уникальные археологические памятники — жемчужины прибрежной зоны Крымского Приазовья, часть из них затоплена и активно размывается морем.

Рисунок 2. Зона исследования

В этом регионе располагались как большие по площади крепости Боспорского царства (городища Сююрташ, Артезиан, Багерово-Северное, Белинское), так и сравнительно небольшие усадьбы, селища и промысловые поселки, имевшие, впрочем, и оборонительные сооружения (Чегене 1-2, Золотое-берег, Генеральское-Западное и др.). Античные поселения, расположенные в прибрежной зоне, располагали удобными гаванями и хорошими подъездными путями с суши. По этой причине они выступали своего рода коммуникативными центрами, получавшими доходы от посреднической торговли и товарообменных операций между глубинными населенными пунктами Керченского полуострова и греческими и варварскими поселениями, имевшими выход на торговые пути Азовского моря.

Природно-экологические условия урочища Артезиан (Салын)

Урочище Артезиан представляет собой обширную по площади, вытянутую с востока на запад долину, выходящую на западе к Азовскому морю. С южной, северной и восточной сторон оно ограничено невысокими каменистыми кряжами, образованными выходами сарматских известняков. Южный склон урочища более крутой, чем северный, имеет холмистый рельеф и изрезан глубокими балками, разделяющими южную часть на отдельные изолированные друг от друга участки. В целом природный ландшафт урочища довольно спокойный, он представляет собой равнинную территорию, удобную как для земледелия, так и скотоводства.

Восточная возвышенная часть урочища страдает от недостатка влаги, западная низменная, примыкающая к морскому побережью, заболочена.

Берег моря не очень изрезан, для него характерны широкие песчаные пляжи. За мысом Чегене типичен мелкоизрезанный, вытянутый в субмеридиальном направлении абразионно-аккумулятивный берег с выступающими в море мысами разной длины и высоты. На мысах этого берега происходит абразия, а в бухтах — аккумуляция песчано-ракушечных отложений (Андрусов Н. И., 1961). Вертикальные абразионные береговые уступы — клифы не высоки. Они сложены крепкими мшанковыми известняками. У их подошвы часто встречаются небольшие обвалы и прислоненные дюны. Удобных бухт для стоянок кораблей в настоящее время здесь нет. Наличие гаваней в древности остается только предполагать. Выдающиеся в море мысы в районе поселения Золотое-берег до сих пор хорошо защищают побережье от господствующих ветров северного и северо-восточного румбов и служат укрытием для рыбацких лодок и катеров (Винокуров Н. И., 1994, с. 155 и сл.). Не исключено, что ранее здесь существовали еще более удобные якорные стоянки, где укрывались как рыбацкие лодки, так и небольшие торгово-промысловые суденышки.

Рисунок 3. Панорама прибрежной зоны Крымского Приазовья

Следует упомянуть обнаруженную в 1991 г. в нескольких сотнях метров южнее поселка Золотое затопленную каменную стену, в которой автор открытия — А. А. Никонов видит остатки мола античной гавани.

Начинаясь в нескольких десятках метров от современной береговой линии, упомянутая стена тянется широтно на расстояние свыше 50 м. Она сложена на цементе (известковом растворе?). Над песчаным дном стена возвышается на 0,30 м и находится на глубине от 1,0-1,7 м. Ее ширина — около 2,0 м (Никонов А. А., 1996, с. 55). Если эта стена действительно окажется остатками мола античного времени, то образованная ею гавань была настолько вместительной, что могла принимать и большие по размерам корабли. Такая гавань вряд ли имела локальное значение. Она была способна обслуживать не только близко расположенные античные поселения, в том числе и Ново-Отрадненское городище, но и отдаленные населенные пункты Артезианского и Аджиеэльского урочищ.

В целом, наличие мола затопленной античной гавани не противоречит геоморфологическим данным по повышению уровня моря за последние 1,5-2 тыс. лет и динамике разрушения береговой кромки Казантипского залива Азовского моря. По авторитетному мнению к. г. н., доцента географического факультета Симферопольского государственного университета А. А. Клюкина, береговая линия I-III вв. н. э. находилась мористее современной на 30-35 м (Винокуров Н. И., 1994, с. 155). По-видимому, она проявляется и на аэрофотосъемке. Данное обстоятельство предполагает большие перспективы подводного изучения данного района.

В западной части урочища до сих пор протекает небольшая речка Аджиэлька, питающаяся с водоразделов Аджиэельской и Артезианской балок. Ее основное русло следует с запада на восток вдоль Артезианской балки. Глубина его достигает 3,0-6,0 м. В отличие от большинства крымских речушек и ручьев Аджиэлька в районе устья не пересыхает даже жарким летом. Несомненно в древности она была гораздо полноводнее и население урочища Артезиан ее использовало для различных хозяйственных нужд, прежде всего для водоснабжения, полива, ловли рыбы, выращивания водоплавающей птицы. Она могла иметь и определенное транспортное значение. В ее пойме кое-где сохранились заливные луга с сочной травой — прекрасным кормом для домашних животных. Большое значение имел в древности камыш, заросли которого и сейчас особенно густы по балкам, низинам и заболоченным местам урочища. Камыш применяли не только в строительстве жилищ, хозяйственных построек, как в плавневых районах Восточного Приазовья (Каменецкий И. С., 1974, с. 213; Шевченко  Н. Ф., 1995, с. 137), но и в качестве подстилки в хлевах и стойлах, облегчающей содержание домашних животных.

С точки зрения обеспечения природными минеральными ресурсами урочище находилось в выгодном отношении. Здесь есть хороший строительный камень — известняк, гончарные и строительные глины, кварцевый и ожелезненный песок, выходы керченского железняка, месторождения гипса, источники получения серы, лечебные грязи.

Наибольший интерес представляют почвенные и агро-климатические ресурсы урочища Артезиан. По общей схеме ботанико-географического районирования Крыма, данная территория относится к Евразийской степной области с настоящими ковыльно-типчакскими степями и петрофитными (на каменисто-щебенистых почвах) степями.

Древесные насаждения в виде рощиц и отдельных деревьев: акаций, вязов, ив, тутовых деревьев, маслин, абрикос, айвы, сирени, шиповника, терновника сохранились по балкам и низинам, в лесополосах. В античный период зеленых насаждений здесь было гораздо больше, а имеющийся в настоящее время степной пейзаж является результатом позднейшего антропогенного воздействия, следствием длительной вырубки лесов, распашки земель и выпаса скота, что в конечном итоге привело к обеднению почв, оголению скальных массивов и пересыханию речек.

Очерк истории урочища Артезиан

Как показали широкомасштабные раскопки ААЭ, которые уже ведутся на протяжении 20 лет, территория урочища была освоена людьми еще в эпоху каменного века — в мезолите-энеолите. Древних людей привлекали природные условия урочища, обилие воды, здоровый климат, богатый животный мир, прекрасные охотничьи угодья и плодородные земли. В тот период вся территория урочища была покрыта довольно густым лесом, переходящим ближе к скалистому побережью Азовского моря в песчаные дюны. В низменной части урочища текла полноводная река, изобильная рыбой. Заросли камыша скрывали за густой порослью ее обрывистые берега. На удобных для жизни местах появились постоянные и временные стоянки древние охотники и рыболовы каменного века, а затем на их месте возникли поселения земледельческого и скотоводческого профиля эпохи бронзы. Уже в этот период значительное место играли различные морские промыслы, вряд ли возможные без хорошего знания навигации и умения строить суда.

О бурной урочища в период каменного и бронзового веков напоминают пирамидальные и призматические нуклеусы, скребки, проколки, ножевидные пластины, вкладышевые орудия, отщепы, обломки каменных полированных топоров из разрушенных древних погребений и поселений. Интересно, что жители античных селищ и городищ считали эти каменные орудия какими-то магическими предметами и специально их собирали, возможно, для проведения особых мистических таинств. Такие древние находки постоянно встречаются в культурных слоях античных поселений. Особенно много кремневых орудий вымывается на поверхность из разрушаемых распашкой и грунтовыми дорогами насыпей курганов, тянущихся с востока на запад, в сторону Казантипского залива, а также из размываемых морем береговых откосов.

Современный рельеф урочища Артезиан в целом соответствовал древнему, поэтому направление основных коммуникаций — грунтовых дорог, связывающих побережье со степными глубинными территориями Керченского полуострова, мало изменилось. Трассы древних дорог хорошо заметны на поверхности, так как отмечены цепочками курганов эпохи бронзы.

Курганы, заросшие полынью и ковылем, образовывают живописные группы на водоразделах и перепадах высот. Их оплывшие насыпи, пробитые грабительскими шурфами, заставляют задуматься уставшего путника о днях минувших и преданиях старины седой. Как правило, насыпи курганов не выше одного-двух метров. Но встречаются и более мощные курганы, впечатляющие своими размерами. Они достигают высоты трех-семи метром и в поперечнике имеют 50-80 метров. Такие могильные насыпи служили усыпальницами древних героев и богатырей.

Несколько больших курганов было экспедицией раскопано. Под древними насыпями выявлено десятки разновременных погребений: от кеми-обинских, соответствовавших времени, когда в Крыму жили легендарные киммерийцы, до средневековых захоронений, жертвенные комплексы и хозяйственные ямы античного и средневекового времени.

Характер хозяйства, образ жизни и этническая принадлежность населения, оставившего курганы и поселения в урочище, предстоит еще установить. Но уже ясно, что это был не только кочевники, но и земледельцы, мореходы и рыболовы. В Восточном Крыму и на сопредельных территориях выделяются греческая, фракийская, балтийская, иранская топонимии античного периода. Имеется ряд неизвестных по происхождению названий, преимущественно городов внутренней Тавриды, которые естественно увязываются с таврами как автохтонным населением (часть доскифского киммерийского населения) полуострова в целом и могут быть объяснены на основе индоиранской (санскритской) лексики. Ряд названий связан с понятием «вершина, убежище, укрепленное место», характерными для расположения таврских поселений.

Урочище с момента основания Боспорского царства в V в. до н. э. становится важной экономической и стратегической базой царской власти. Экологическая микросреда урочища Артезиан создавала прекрасные условия для ведения оседлого хозяйства, базирующегося на земледелии и придомном пастушеском животноводстве, для развития гончарного, железоделательного и других ремесел. Это была, видимо, территория, которая входила в царские владения и населялась военными поселенцами. Не случайно, все крупные античные поселения занимали командные высоты урочища, наиболее удобные для жизни и обороны. Они находились в прямой видимости от городищ других территориальных зон Боспорского государства (прим. 2). Особенно плотно была населена прибрежная зона. Этому способствовали хорошие плодородные почвы, хороший микроклимат, обилие пресной воды и богатое биоресурсами море.

Подход к урочищу Артезиан со стороны моря, на западе, фланкировало городище Ново-Отрадное, прикрывающее к тому же (поблизости от северной оконечности Узунларского вала) вход в Аджиэльскую балку. Оно занимало господствующую в этом районе высоту — холм с тремя уплощенными вершинами. Его омывала речка Аджиэлька, которая через 700-800 м впадала в море. Это поселение было многослойным, террасированным и существовало с конца III в. до н. э. по IV в. н. э. По расположению напоминало городище Артезиан и существовало примерно в те же хронологические периоды.

Севернее поселения Ново-Отрадное, на противоположном водоразделе урочища Артезиан, в районе современной деревни Золотое, размещалось несколько мелких поселений, в том числе городище Золотое-берег и селище Золотое-плато. Они отличались друг от друга расположением, планировкой, типами построек, временем существования.

Золотое-берег — компактное многослойное поселение с террасной системой планировки и оборонительными сооружениями. Оно существовало на протяжении эллинистического времени и первых веков нашей эры, и, судя по находкам, могло возникнуть в V в. н. э. Возможно, здесь преобладал греческий этнический компонент. Среди многих интересных археологических объектов, которые были здесь раскопаны, следует выделить рыбозасолочное хозяйство II в. н. э., состоявшее из четырех ванн вместимостью до 83,7 м3, хранилища и подсобного помещения. Этот комплекс позволял в путину переработать до 5304 ц рыбы за сезон, при единовременной загрузке 650-670 ц сырой рыбы (Винокуров Н. И.,1994, с. 154 и сл.). Он, вероятно, использовался артелью рыбаков и был ориентирован на рынок. Не исключено производство здесь соленой рыбы и ценных рыбных соусов для нужд царского двора и армии. Это поселение разрушено землетрясением и частично ушло под воду.

Другой интересный памятник Золотое-плато — однослойный памятник IV-III вв. до н. э., типичная варварская «деревня», без оборонительных конструкций и выраженного планировочного ядра. Ее образовывали отдельно отстоящие (на 30-50 м друг от друга) многокамерные дома неправильных очертаний.

На северо-востоке находилось мощное городище «Багерово-Северное», возможно, древняя Тарона, упомянутая у древнего географа Клавидия Птолемея. Эта крепость контролировала несколько важнейших экономических долин Боспора, тяготеющих к обширной Карамской балке. Городище замыкало выход из урочища Артезиан на востоке и защищало проход из него в центральные, богатые и хорошо населенные, зоны Боспора, выходящие к городу Зенонову Херсонесу, расположенному на Азовском побережье, и столице Боспора — Пантикапею (современный г. Керчь). Важное стратегическое значение городища Багерово-Северное очевидно. В ходе его раскопок были получены важные результаты, включая самый ранний (для изучаемого района) материал античного времени, который датируется VI-V вв. до н. э., частично открыт форт, мощные крепостные стены, святилище, несколько хозяйственно-жилых помещений.

В центре урочища, на месте бывшей дер. Паша-Салын, находится городище «Артезиан», которое особо выделялось среди остальных памятников. Это поселение исследовано лучше всего. Раскопами изучен культурный слой на площади около 4 тыс. кв. метров. Городище является многослойным памятником с очень сложной стратиграфией. Мощность слоев энеолетического, античного и средневекового времени достигает пяти метров.

Центральное положение Артезиана обеспечивало его доминанту над другими поселениями урочища в торговом, сырьевом, ремесленном и оборонном значениях. В античное время это была крепость, где проживал царский наместник и стоял сильный гарнизон. Этот населенный пункт был удобен для сбора налогов или контроля за поселениями указанной территории, так как находился на равновеликом удалении от морского побережья и ведущих укрепленных поселений соседних территориально-хозяйственых зон. Возможно, здесь находились люди, занимавшиеся профессионально торговлей, собирающие и реализующие излишки сельскохозяйственной и ремесленной продукции населения урочища.

Исследователи полагают, что на месте городища располагалась древняя Пароста (Parosta, ???????), упомянутая римским автором Плинием и выдающимся греческим географом Клавдием Птолемеем. Название Пароста в переводе с древнеиранского означает как «стоящая впереди», а с индоарийского как «расположенная у устья, у гавани». Действительно, этот пункт был передовым форпостом в сложнейшей системе боспорских укреплений — валов и рвов, усиленных крепостями и фортами, оберегавших жизненно важные центры Боспорского царства от жаждущих добычи кочевников, вторгавшихся в Крым со стороны Перекопа.

Античное поселение, площадью около семи гектаров занимает господствующую над местностью естественную возвышенность, хорошо защищенную рельефом. Его отличали значительные размеры и главенствующее центральное положение.

Городище на протяжение 1200-летней истории неоднократно горело и разрушалось в ходе варварских штурмов и мощных землетрясений, но всегда восстанавливалось. Облик материальной культуры городища Артезиан в античный период VI в. до н. э.-IV в. н. э. — античный греческий, варварское же влияние проявляется незначительно.

Наиболее интересными сооружениями являются остатки «Цитадели» рубежа нашей эры-первых веков нашей эры с мощными прямоугольными башнями и крепостными стенами, сооруженными из больших рустованных квадров. Крепость окружал частично облицованный камнем ров (глубиной до 3-4 м и широкий ров 11-12 м) с дополнительной внешней стеной — протейхизмой.

В 2 км к юго-западу от городища Артезиан на месте заброшенной дер. Маяк-Салын обнаружено другое античное поселение «Маяк». К югу от них, в районе современного поселка Чистополье, на перепаде высот располагалось еще одно античное поселение — «Салын», прикрытое с западной стороны «фортом».

Помимо выше описанных населенных пунктов во время разведок ААЭ изучались примыкающие к ним остатки многочисленных и местами очень хорошо сохранившихся земледельческих наделов со следами древних виноградников и расположенных на них построек, внешне напоминающих усадебные сооружения, различного рода ограды и загородки, места добычи камня, глины и других строительных материалов.

Античные городища, как правило, окружали монументальные зольные холмы (диаметром в несколько десятков метров и высотой до пяти метров), которые с известной долей уверенности можно интерпретировать как своеобразные культовые комплексы. В центре зольников располагались жертвенные площадки с алтарями, которые постепенно были перекрыты золой и предметами культа, оставшихся от подношений и всесожжений богам. Следует думать, что рядом с зольниками располагались святилища и прилегающие к ним жилые и хозяйственные постройки для жрецов и обслуживающего персонала.

Бурный рост населения и крепостей, активная сельскохозяйственная деятельность, неумеренная вырубка леса приводили в античное время к деградации естественных ландшафтов. Этот процесс продолжался почти двенадцать столетий — до гибели Боспорского государства. Немаловажное значение имели для разрушения местной экосистемы выпас скота, особенно коз и овец, выжигание травы и подроста, добыча дров, строительных материалов (камня, песка и глины).

Растительность постепенно отступала в глубинные районы урочища, в балки, лощины, на крутые склоны и в другие труднодоступные для человека места, хотя и туда, возможно, приходили люди, вырубая последние остатки деревьев и кустарников.. Подтверждением чему служит доминирование костей диких степных животных над лесными в культурных напластованиях античных поселений и обмеление реки, что потребовало в первые века нашей эры задерживать воду в искусственных водохранилищах, создавая плотины, перегораживающие балки урочища.

Возможно, ухудшение экологической ситуации, да и военные потрясения, связанные с постепенным затуханием боспорской государственности в период IV-VI вв. до н. э., вызвали заметное сокращение населения в урочище. Многие цветущие ранее поселения забрасываются и становятся естественной каменоломней для добытчиков обработанного камня. На древних некрополях вовсю орудовали мародеры, активность которых особенно возросла, когда здесь появились подданные Хазарского каганата — носители восточно-крымского ареала «салтово-маяцкой» культуры VIII-IX вв. н. э. Пришельцы — осевшие на землю скотоводы — в основном занимались привычным для них делом — скотоводством. Впрочем, охота и рыбалка, земледельческая и ремесленная деятельность были им не чужды. Возможно, они освоили также виноградарство и виноделие.

Находки и строительные остатки средневекового периода позволяют представить материальный облик неукрепленных поселений «салтовцев» с загонами для скота рядом с небольшими саманными домиками, округлыми в плане полуземлянками и кочевыми юртами, от которых сохранились только круговые обкладки камней, добытых из античных развалин. В настоящий момент на территории заброшенных античных городищ найдены следы религиозных ритуалов, связанных с принесением в жертву неизвестным божествам младенцев и подростков, а также многочисленные остатки ряда производственно-хозяйственных, ремесленных и жилых комплексов, хозяйственные ямы и котлованы.

Научный профиль проекта

Данный проект направлен на развитие фундаментальных комплексных исследований на стыке нескольких наук: археологии, сейсмологии, палеоэкологии и геологии. Объединение усилий археологов, сейсмологов и подводников позволяет преодолеть длительное разобщение гуманитарного и естественно-научного подходов к восстановлению истории древних обществ. Благодаря расширению источниковой базы впервые в отечественной науке появилась возможность с помощью новой методики палеосеймического и палеэкологического анализа археологического материала реконструировать последствия и реальное значение сейсмических катастроф на процесс исторического развития античного Боспора. Что позволяет пересмотреть преобладающую вплоть до настоящего времени точку зрения об исключительной значимости для развития античных государств общественных отношений (войн, захватов, восстаний). Применение естественно-научных методов исследования существенно расширяет информативность археологического материала и позволяет решить нетрадиционным путем некоторые проблемные вопросы истории Боспора, касающиеся внезапных массовых разрушений его городов и поселений, упадка государственности, сельского хозяйства и экономики. Успешной реализации данного проекта будет способствовать то, что его методология апробирована на практике и опубликована.

Долговременными целями проекта являются:

• всестороннее изучение динамики изменения прибрежной полосы Казантипского побережья Азовского моря с целью:
  • выяснения затопленных археологических памятников и древних ландшафтных зон,
  • привязки данных структур к изученным системам организации сельской территории Европейского Боспора,
  • хронологии археологических памятников,
• проверка и апробирования новых методов работы,
• публикация:
  • материалов экспедиций,
  • научных сборников,
  • статей и монографий специалистов;
• оснащение современным оборудованием экспедиций и
• координация деятельности специалистов различных научных подразделений.

Краткосрочные цели проекта включают:

• археологическое подводные и наземные исследования, в том числе
  
  • проведение подводных изыскательских работ на Казанипском побережье Азовского моря в районе современных поселков Нижнее-Заморское-Куроротное,
  • определение перспективности подводных археологических работ,
  • исследование затопленных территорий, затонувших кораблей,
  • поиск и установка координат ушедших под воду античных поселений и некрополей Восточного Крыма, по периметру древнего затопленного клифа,
  • публикация текущих научных материалов экспедиций.

Устойчивость проекта обеспечивается:

• наличием определенной материальной базы;
• сложившимся научным коллективом из археологов, подводников, историков, палеосейсмологов и геофизиков;
• налаженными научными и производственными связями экспедиций с ВУЗами и средними учебными заведениями России, научными организациями, музеями, органами охраны памятников Республики Крым, на основании заключенных межведомственных договоров и утвержденных научных программ исследований;
• большим объемом проведенных ранее раскопочных работ на античных памятниках Восточного Крыма.

РЕЗЮМЕ

Данная статья является одной из первых презентацией проекта подводных исследований ААЭ. Крымское Приазовье является зоной повышенной сейсмической активности (до 9-10 баллов). Как установлено, мощные землетрясения, которые здесь неоднократно происходили, чередовались через каждые 300-400 лет. Они приводили к серьезным экологическим, демографическим и социальным последствиям, дестабилизировали политическую ситуацию в данном регионе. Представляется, что в результате сейсмической активности и морской трансгрессии значительная часть античной прибрежной инфраструктуры была затоплена водами Казантипскского залива, включая портовые сооружения, хозяйственные и жилые постройки.

По этой причине требуется проведение планомерных подводных научно-изыскательских работ в данном районе.

Проблемы, которые могут быть решены (за несколько полевых сезонов) во время проведения подводных археологических работ:

1. необходимо установить во время подводных работ: какова была динамика ландшафтных изменений прибрежной полосы в период с VII в. до н. э. по V-VI вв. н. э.
2. выяснить глубину залегания и характер затопленных сооружений, их датировку, реконструировать контур береговой полосы в античный период
3. определить зону распространения отложений, вынесенных в древности рекой Аджиэлкой
4. установить наличие затопленного культурного слоя, его датировки и стратиграфии и мест возможных кораблекрушений
5. обеспечить привязку данных подводных работ к результатам, полученным в ходе широкомасштабных наземных археологических работ
6. определить возможные места кораблекрушений, составить карту глубин и древнего рельефа дна
7. определить скорость и динамику береговой абразии и ее основные причины
8. уточнить данные по трансгрессии Азовского моря с древности и до наших дней.

Примечания

1. Российско-крымская Артезианская археологическая экспедиция (ААЭ) была образована в 1987 г. на базе одноименного молодежного археологического отряда Восточно-крымской археологической экспедиции Института археологии СССР. С 1993 г. была преобразована в международную российско-крымскую научную структуру Московского педагогического государственного университета и Крымского филиала Института археологии Национальной Академии наук Украины.

Артезианская археологическая экспедиция в тесном сотрудничестве с крымскими научными и музейными структурами проводит научно-изыскательские работы по исследованию археологических памятников Боспорского царства в уникальном заповедном районе Крымского Приазовье — урочище Артезиан и прилегающих к нему территориях . Исследуются памятники бронзового, античного и средневекового времени. Результаты научно-изыскательской деятельности своевременно публикуются в научных сборниках и монографиях в России и Украине.

Экспедиция стала своего рода научным полигоном, на котором апробируются не только археологические, исторические, но и воспитательно-педагогические программы.

Одно из важных направлений работы экспедиции — активное привлечение детей, юношества и молодежи к археологическим раскопкам, научно-изыскательской и экспедиционной деятельности в области археологии, истории и антропологии.

В археологических раскопках за время существования Артезианской экспедиции приняли участие около трех тысяч подростков, более четырехсот студентов, десятки педагогов, аспирантов, кандидатов и докторов наук из различных регионов России.

На базе экспедиции организованы археологические практики студентов исторического и художественно-графического факультетов МПГУ, Кафедры антропологии биофака МГУ, Кафедры классической филологии Православного Свято-Тихоновского университета, Московского государственного университета культуры и искусств.

Основные научные цели и задачи экспедиции:

изучение структуры и хозяйственной специализации поселений, системы античного землепользования и размежевания прилегающих к поселениям территорий, динамики развития поселений урочища Артезиан (Золотое-берег, Артезиан, Багерово-Северное), системы их обороны и взаимодействия с другими укрепленными пунктами на побережье и в глубине Керченского полуострова, геоморфологической и палеоклиматологической обстановки данного региона, коммуникации; выделение естественных природно-экологических зон с присущими им типами поселений; выяснение эволюции и хозяйственной специализации природных зон региона. Экспедиция проводит комплексные многоплановые исследования в сотрудничестве с ведущими учеными РАН и МГУ по палеоклиматологии, палеосейсмологии, палеоботанике и антропологии.

2. С юга к урочищу Артезиан примыкает урочище Аджиэль с античными, хорошо укрепленными поселениями- Белинское, Либкнехтовка, Андреевка-Южная, Тасуново и др., с севера — Караларское плато, разделенное руслом Серной речки на несколько изолированных участков, а с восточной — Карамское (Бабчикское) урочище, имеющее выход по склонам балки к античным поселениям в районе оз. Чокрак и далее к Зенонову Херсонесу.

Список использованной литературы

• Андрусов Н. И., 1961. Ископаемые мшанковые рифы Керченского и Таманского полуостровов // Избранные труды. Т. 1.
• Винокуров Н. И., 1998. Археологические памятники урочища Артезиан в Крымском Приазовье. М.
• Винокуров Н. И.,1994. Рыбозасолочные комплексы хоры Европейского Боспора // Российская археология. 1994 г. № 3.
• Винокуров Н. И.,1999. Раскопки городища Артезиан в 1997-1998 гг. Исследование северо-западного участка раскопа I // Древности Боспора  Т. 2. М.
• Геология и геодинамика района Крымской АЭС. 1992. Киев.
• Каменецкий И. С., 1974. Итоги исследования Позазовского городища // СА. № 4.
• Никонов А. А., 1996. Затопленные остатки античных сооружений по берегам Боспора Киммерийского // Проблемы археологии и истории Боспор. К 170-летию Керченского Музея Древностей. Керчь.
• Шевченко Н. Ф., 1995. Строительные традиции у меотов // Историко-археологический альманах. № 1. Армавир-Москва.